Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

«Болезнью шутит тот, кто ран не ведал».

Рассказчик: Где вы работаете? Тайлер: В смысле? Рассказчик: Чем зарабатываете на жизнь? Тайлер: А что, хотите изобразить интерес? Рассказчик: [смеётся] Да уж… Тайлер: В вашем смехе слышится какое-то отчаянье.

Не будь злоупотреблений, которые мы так охотно выставляем, не было бы и благодеяний, которыми мы пользуемся.

Разумеется, у меня есть некоторые странные привычки. Но все эти социально-адаптированные люди только и ждут возможности взять молоток и публично расколошматить свою еду на части. Обычные люди так враждебны (c) Dexter

Козлевича охмурили ксендзы.

Художник, воспитай ученика, Чтоб было у кого потом учиться.

«Рождаемых число ряды усопших множит, Бессмертной жизнью тешится мечта. 3а гробом жизни нет и быть ее не может, Идет за жизнью смерть, за смертью пустота. Воскреснуть мертвому природа не поможет, Она и без того по горло занята».

Равными должны быть люди разные, а не одинаковые — в этом нравственное обоснование демократии.

Независимо от споров, какие могут вести философы по поводу течения времени, нам следует для изучения движения применить некоторую меру времени; при этом следует допустить, что время протекает независимо от движения, так что можно себе представить отдельные части его, между которыми существует равенство или же неравенство в любой пропорции. Кто отказал бы нам в этой возможности, тот вообще уничтожил бы возможность какого-либо познания движения. Поэтому да будет нам позволено ввести в расчет время наравне с линиями и другими геометрическими величинами. (Эйлер Л. Механика. Основы динамики точки.)