Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Лица у счастливого и несчастного различны.

У нас [на Мелмаке] было несколько классов отправки бандеролей: 1—й, 2—й, рыба …и ветчина.

Женские слезы ничего не стоят, но много значат….

Ведь обычно видно лишь то, что лежит снаружи, все же, что таится внутри, предоставим Богу. В эту сферу не должно допускать подобного вам слабого смертного, не способного быть вашим судией; то, что внутри вас, вознесите к создателю, откройте перед ним тайны души, которой он наделил вас, спросите у него, как выдержать страдания, кои он уготовил вам, опуститесь перед ним на колени и молите его, чтобы тьму озарил свет, чтобы жалкую слабость сменила сила, чтобы терпение умеряло желание.

Стоит разок умереть и приоритеты тут же меняются.

Жизнь – это истинное испытание для человека.

Жизнь - странная штука. Как только у тебя на руках все карты, она начинает играть в шахматы.

При одном виде музея ноги подкашиваются от ус­талости.

Мужчина, который совершенно не способен быть верным, по крайней мере верен себе.

Мужчина и женщина различаются тем, что у мужчины на шее - галстук, а у женщины - бусы, дети и мужчина в галстуке. К. Мелихан