Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Ну, а телеграф, без которого в современном сыске, согласитесь, совершенно невозможно, произвел на все ваше управление поистине неизгладимое впечатление, и умолчать о нем наш сонный Ксаверий Феофилактович никак не мог это пять.

Я работал над романом «Пархоменко» с великим увлечением. Вот теперь-то я наткнулся именно на того героя, по которому давно тосковал, который очень характерен для времен гражданской войны и который может служить великолепным центром, замечательно и удачно решавшим всю сложную многоплановость событий. Рабочий, большевик, самоучка, мягкое поэтическое сердце, тихий юмор и вместе с тем железный, непреклонный характер, великолепная отвага - таким мне представлялся А. Я. Пархоменко.

 — Теперь две штуки стало!  — И там, на даче, ещё один.

«Твоя наглость не имеет предела, производной, вообще не выражается через элементарные функции и стремится к бесконечности.»

Самому сказать о своем недостатке - значит закрыть рот злопыхателю.

Мертвецы молчат в отличие от пьяных истеричных женщин. (c) Dexter

В человеческом сердце происходит непрерывная смена страстей, и угасание одной из них почти всегда означает торжество другой. Ф. Ларошфуко

Если учёба потечёт в узком русле, больше будет скорость потока, большее пройдёте расстояние, скорее впадёте в океан познания.

 — Вась, Вась, Вась, Вась… Доцент, а, Доцент? Он не ложится…  — Пасть порву!

Влюбленность указывает человеку, каким он должен быть. А.П.Чехов