Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Лучшая мера эпохи: расстояние между карликом и гигантом.

Я работал над романом «Пархоменко» с великим увлечением. Вот теперь-то я наткнулся именно на того героя, по которому давно тосковал, который очень характерен для времен гражданской войны и который может служить великолепным центром, замечательно и удачно решавшим всю сложную многоплановость событий. Рабочий, большевик, самоучка, мягкое поэтическое сердце, тихий юмор и вместе с тем железный, непреклонный характер, великолепная отвага - таким мне представлялся А. Я. Пархоменко.

Он любит ее больше, чем всех других, но ему нужны другие, чтобы в этом удостовериться. Натали Клиффорд Барни

Воля народа - высший закон.

Прекрасный принц, проскакавший мимо красавицы, но успевший ей улыбнуться, навсегда получает треть её жизни - время сна.

Оптимизм - карикатура на надежду.

«Огородник может решать, что хорошо для моркови, но никто не может решать за другого, что есть благо».

Политика компании — не говорить, чей это вибратор, мы всегда говорим просто, вибратор, но не говорим — ваш.

«О что за мир, где добродетель губит тех, в ком она живет».

Женщина - что оконная занавеска. Узор миленький, но мира уже не увидишь. Хенрик Хорош