Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Сколько глупостей ни сделаешь, всё равно ещё больше останется недоделанных.

Не знаю, как для кого, но мне, чтобы писать, нужен всегда пусть крошечный жизненный факт, опираясь на который я мог бы начинать рассказ. Этот факт нужен мне не только для беллетристики, но и для публицистики. Факт этот при последующих переработках может исчезнуть, его можно забыть, однако в начале работы он необходим.

Не один вырыл себе могилу в поисках источника.

— Я так хорошо знаю твоё лицо, что мог бы сделать это с закрытыми глазами.

 — Я собрал несколько крошечных лобстеров. - Это же скорпионы! - Они что, все родились в один месяц?

Лишившись по какой-то причине своего превосходства над детьми, мы по той же причине не можем обрести его вновь.

«Он: – Хочешь, покажу фокус? Она: – Воспитывать сам будешь!»

Берегись всего того, что не одобряется твоей совестью.

Ты можешь и не заметить, что у тебя все идет хоро­шо. Но налоговая служба напомнит.

Женщина хорошеет на глазах, глядя на себя в зеркало. Уильям Хезлитт