Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Ненавижу одиночество — оно заставляет меня тос­ковать о толпе.

Большинство людей не знают точно, как они расходуют свое время.

Главное отличие православного мышления, в том, что оно ищет того, чтобы поднять самый разум выше его обыкновенного уровня.

А Москва прекрасна! Она обширна, светла, идешь по ее улицам, и на сердце так спокойно, словно война очень далеко от тебя. А война совсем рядом.

— Как мне тебя называть? Сатана? — Зови меня просто: папа.

«Огородник может решать, что хорошо для моркови, но никто не может решать за другого, что есть благо».

Надежда и воспоминание имеют одинаковую призму - отдаленность. Мы назваем счастье то, что впереди или позади нас, чего мы еще не имеем или чего уже не имеем, что, одним словом, недостижимо.

Козлевича охмурили ксендзы.

Педики - они как вампиры! Один жалит другого и тот уже тоже педик!