Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Я — ухмыляющаяся месть Джека.

В бойцовский клуб вступают сильнейшие и умнейшие люди. С потенциалом, который растрачивается впустую. Целое поколение работников бензоколонок, официантов, рабов в белых воротничках. Реклама заставляет нас покупать тачки и тряпки. Мы вкалываем на ненавистных работах, чтобы купить ненужное нам дерьмо. Мы — пасынки истории. Ни цели, ни места. На нашу долю не выпало ни великой войны, ни великой депрессии. Мы сами объявим войну. Наша великая депрессия - наше прозябание. Нам внушали по телевизору, что однажды мы станем миллионерами, кино- и рок-звездами, но нам это не светит. Постепенно до нас это доходит и бесит, страшно бесит.

Любовь замужней женщины - великая вещь. Женатым мужчинам такое и не снилось. Оскар Уайльд

Перефразируя Сенеку: Великая судьба - великое одиночество.

Значительная часть моих про­изведений была написана в Ростове. Это были фортепьянные пьесы, ро­мансы на стихи русских поэтов, хоровые и другие сочинения. Многие из них впервые прозвучали в Ростове в исполнении местных музыкантов.

Есть два способа командовать женщиной, но никто их не знает. Франк Хаббард

— Мы влипли! — Да, перекусить бы...

Господи, дай мне терпения принять то, что я не могу изменить, мужества изменить то, что я могу, и мудрости -- всегда отличать одно от другого.

Знаешь ли ты, что мы будем судить ангелов? (к/ф Сайлент Хилл, надпись на дорожном плакате)

Так я познакомился с Марлой Сингер. Согласно её мировоззрению она могла умереть в любой момент. Трагедия в том, говорила она, что этого не происходит.