Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Вижу выражение твоего лица. Чую приближение своего конца.

Читать между строк полезно — глаза не так устают.

Мы часто платим наши долги не потому, что так положено и это справедливо, а потому, что хотим облегчить наши будущие займы.

Добродетель не может быть подавлена никакой властью.

Палачу во время казни терять голову не полагается.

Пером по белому листу, - как нож по чувству метастазы… Глядят и видят за версту мои рифмованные фразы.

 — Смотри, теперь у нас есть туалет! - Нет, лучше — маленькая могила…

В бойцовский клуб вступают сильнейшие и умнейшие люди. С потенциалом, который растрачивается впустую. Целое поколение работников бензоколонок, официантов, рабов в белых воротничках. Реклама заставляет нас покупать тачки и тряпки. Мы вкалываем на ненавистных работах, чтобы купить ненужное нам дерьмо. Мы — пасынки истории. Ни цели, ни места. На нашу долю не выпало ни великой войны, ни великой депрессии. Мы сами объявим войну. Наша великая депрессия - наше прозябание. Нам внушали по телевизору, что однажды мы станем миллионерами, кино- и рок-звездами, но нам это не светит. Постепенно до нас это доходит и бесит, страшно бесит.

Отдав свой голос, мы затем лишаемся голоса; это вполне логично.

Я не гомосексуал. Я не гетеросексуал. Я просто секс.