Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Она обожала его так пылко, что приходила в отчаянье, сознавая, что может его потерять. Эмиль Золя

 — А я не прокурор, чтоб с тобой по душам разговаривать!

Женщины без мужского общества блекнут, а мужчины без женского глупеют.

Стань лучше и сам пойми, кто ты. Прежде чем встретишь нового человека и будешь надеяться, что он поймёт тебя.

Я выступал в балаганах, был факиром, фокусником, борцом чемпионата, гипнотизером, куплетистом, сочинял для крошечных трупп драматических артистов, игравших вместе с любителями, мелодрамы. Балаганная публика не аплодировала мне, а презрительно ждала следующего номера, куплетов моих никто не слушал, пьес моих не смотрели!

Публика — единственный настоящий учитель ак­терского ремесла.

 — Эх… Шакал я паршивый. …Вот, на шухере сижу… О, украли уже? Ну, я пошёл…

Мед на языке, на словах - молоко, желчь в сердце, на деле обман. (Mel in ore, verba in lacis, fel in corde, fraus in fractis.)

Даже птицы очищают перья от налёта лжи и лицемерья.

Одна умная женщина бросила мне как-то фразу, которая, возможно, проливает свет на природу слабого пола: "Когда женщина выбирает себе любовника, ей не так важно нравится ли он ей, как нравится ли он другим женщинам".