Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

История - это кошмар, от которого я пытаюсь проснуться.

 — Джейк, что ты делаешь, это же урна с прахом тётушки Руфь! - Не волнуйтесь, тётя Ракель, я ссыпал её в бумажный стаканчик!

Душа болит. Начинаешь лечить-болит печень.

 — Если ты не будешь ходить в школу, то ничего не добьёшься в жизни! Будешь слоняться весь день по дому да смотреть телевизор. - А я хочу быть как ты! - Даже не знаю, плакать или смеяться…

Вот выйду отсюда, такую машину построю, что чертям станет тошно. (в больнице своей жене)

И от этого вступает в шею… Ты не мог бы теперь повернуть мою голову обратно?

Потому что приятно увидеть, как его лицо озаряется счастьем только оттого, что ты рядом. Чувствуешь себя волшебником. Нужно ли говорить, как это закончится? Как его объятия станут всё теснее, твоё личное пространство всё меньше, его просьбы превратятся в требования и счастье на его лице сменится капризно-раздражительной маской. (...)

Женщина. Уже одно это слово делает нас мужчинами. Н.Векшин

Любознательность — та же суетность. Чаще всего люди стремятся приобрести знания, чтобы потом ими похваляться.
Паскаль