Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Затаскали это слово, только и слышишь: лоно природы, природные явления, поехали на природу, ах, природа, ох, природа – уши вянут! И, главное, говорят одно, а видят другое. Говорят «лоно», а видят затоптанный пляж, говорят «красота», а вспоминают подстриженный газончик. И не скажут просто, без затей «дождь» или «снег», а непременно «осадки». Вот что они оставили от природы! (о слове Природа)

 — Я построю тебе дворец. — У меня в Риме их и так много. — Но он будет лучший и в Александрии. — Больше и роскошнее Цезарь-Паласа?

 — Вы знаете, Шура, — зашептал Паниковский, — я очень уважаю Бендера, но я вам должен сказать: Бендер — осел! Ей-богу, жалкая, ничтожная личность!

Нельзя обесчестить того, кто не страшится смерти.
Жан Жак Руссо

Дружба — это такое святое, сладостное, прочное и постоянное чувство, что его можно сохранить на всю жизнь, если, конечно, не пытаться просить денег взай­мы.

Интриги. Хаос. Мыло.

Правила необходимо нарушать, иначе они не доставляют никакого удовольствия.

Слушай, Джоконда, только честно, скажи, ты в натуре дурак, или опять стебаешься? Что красиво? Красиво, когда кишки на гусеницы наматывают? Что, в войнушку решил со скуки поиграть?

Дорогой боженька, мне кажется, все вокруг ебанулись. При Путине такого не было!

Ценность добродетели в ней самой.