Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

...Какую бы ошибку ты не совершил в жизни, она, жизнь, продолжается. Улетают в прошлое дни, месяцы, годы, и твои ошибки становятся всего лишь фактом твоей личной биографии...

Человек считается украшением мира; а если это не так, остается пойти и утопиться.

Только слабость не прощает, только бессилие не забывает.

Мы выберем пути к великим целям, дав печкам коды доступов к Емелям.

Грэйс Огустин: Да-да, я знаю кто вы. Мне нужны не вы, а ваш брат — учёный, доктор наук, который три года готовился к этой миссии! Джейк Салли: Он умер. Просил извиниться за неудобства! Грейс Огустин: Вы вообще в лабораториях бывали?! Джейк Салли: В школе жабу резал… Грейс Огустин: Нет, вы видали, видали?! Вы тут с ним возитесь, а этот неуч всех нас в гробу видал! Всё, я иду к Селфриджу. — Первое знакомство Грэйс Овгустин и Джейка Салли

Жизнь прекрасна, пока психи улыбаются!

С ними трудно, без них невозможно. Аристотель

Наша жизнь всегда представляет собой результат преобладающих в нас мыслей.

Женщина должна быть настолько умна, чтобы нравиться глупым мужчинам, и настолько вульгарна, чтобы нравиться умным.

Когда-то, в царские времена, меблировка присутственных мест производилась по трафарету. Выращена была особая порода казённой мебели: плоские, уходящие под потолок шкафы, деревянные диваны с трёхдюймовыми полированными сиденьями, столы на толстых бильярдных ногах и дубовые парапеты, отделявшие присутствие от внешнего беспокойного мира. За время революции эта порода мебели почти исчезла, и секрет её выработки был утерян.