Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Развод в 30 лет - неприятная реальность, в 40 - неблаговидный поступок, в 50 - подлость, в 60 - глупость.

Каждый за себя — и гиппопотамы будут сыты.

Вы знаете, Бендер, как я ловлю гуся? Я убиваю его как тореадор, - одним ударом! Это опера, когда я иду на гуся! «Кармен»! (Паниковский)

Следовать всем правилам, значит заранее лишить себя всех удовольствий

Слава есть любовь, доступная немногим; любовь есть слава, доступная всем.

А в этой рыбе чей-то волос… Вкусный волос!

Космос вовсе не так уж далек. До него всего час езды, если только ваш автомобиль способен ехать вертикально вверх.

Только нелюбимые женщины никогда не опазды­вают.

Бог мертв, следовательно, человек свободен.

Я работал над романом «Пархоменко» с великим увлечением. Вот теперь-то я наткнулся именно на того героя, по которому давно тосковал, который очень характерен для времен гражданской войны и который может служить великолепным центром, замечательно и удачно решавшим всю сложную многоплановость событий. Рабочий, большевик, самоучка, мягкое поэтическое сердце, тихий юмор и вместе с тем железный, непреклонный характер, великолепная отвага - таким мне представлялся А. Я. Пархоменко.