Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Конечно, мое решение никогда не должно нарушать твоей свободы. Предлагая тебе дар своей любви, я остаюсь самим собою, но я должен предоставить такую же возможность и тебе, - быть свободным в принятии или отвержении моего дара. Вероятно, это самый трудный путь, по которому должна идти истинная любовь, - быть самим собой и предлагать свою помощь в соответствии с тем, как я считаю нужным это сделать, никогда не принуждая тебя к принятию ее или желательному для меня ответу.

 — Я злой и страшный серый волк, я в поросятах знаю толк! [изображает злого волка]

Перестаньте, Григорий, умрём достойно! (Зиновьеву перед расстрелом)

 — Ты же член нашей семьи! — Ну да, конечно, так же как Арнольд Шварценеггер — член семьи Кеннеди.

Господи, дай мне терпения принять то, что я не могу изменить, мужества изменить то, что я могу, и мудрости -- всегда отличать одно от другого.

 — Я заметил, что ты всё время что-нибудь чинишь, Вилли. - Это потому, что ты всё время что-нибудь ломаешь, Альф. - Хорошо, что наши хобби дополняют друг друга!

Работающий Президент, работающее правительство — это же песня может получиться!

Когда в Поднебесной узнали, что красота — это красота, появилось и уродство. Когда узнали, что добро — это добро, появилось и зло.

«Добро по указу – не добро».

Все мудрые наставления у людей есть, недостает только умения ими пользоваться.