Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Седьмое: поединок во времени не ограничен.

Никогда не воюй с одним противником слишком долго, а то он приноровится к твоей тактике.

Всякий раз, когда мне казалось, будто я достиг вершины, что-нибудь случалось - и я летел вниз. Я спрашивал себя: почему так происходит? Неужели я осужден вечно приближаться к заветной черте, но никогда не достичь ее? Неужели Бог так жесток, что посылает мне мираж - оазис на горизонте - только лишь для того, чтобы я умер от жажды посреди пустыни?

Если собираетесь кого-нибудь полюбить, научитесь сначала прощать.

Деление времени на части не является чисто умственной операцией, как обыкновенно утверждают те, которые помещают время только в нашем сознании, не отделяя понятия времени от самого времени... сама природа вещей достаточно убедительно свидетельствует, что равномерное движение существенно отличается от неравномерного; следовательно, равенство промежутков времени, на котором это основывается, представляет собой нечто большее, чем содержание наших понятий. В силу этого, следует прийти к выводу, что равенство времени имеет под собой определенное основание, находящееся вне нашего сознания; и, по-видимому, мы скорее познаем его извне – из наблюдения над равномерным движением. (Эйлер Л. Механика. Основы динамики точки.)

Несколькими глотками из кубка любви природа возмещает все тяготы трудной жизни.- Гете

 — Что ты делаешь? - Просто занимаюсь сверхточной точечной сваркой. - А чем здесь пахнет? - Жжёным мехом…

Не гоняйся за счастьем,оно всегда в тебе самом!

«Если в наши дни Вы хотите одновременно ничего не делать и быть респектабельным – лучше всего притвориться, будто Вы работаете над какой-то серьезной научной проблемой».

Мужчина громко негодует на женщину, которая его разлюбила, и быстро утешается; женщина не столь бурно выражает свои чувства, когда ее покидают, но долго остается безутешной. Ж. Лабрюйер