Твоя работа — это не ты сам, как и твои деньги в банке, и твоя машина, как и твой бумажник. И твоя одежда. Ты — лишь кучка испражнений жизни… Ты — это поющее и танцующее дерьмо, центр этого мира…

Обручальное кольцо — первое звено цепи.

Пока мы дети, мы умеем дружить, потому что еще не знаем, что рождены для одиночества, а, когда узнаем, не всегда решаемся это принять. Вот и оставляем тени этих друзей, забиваем душу клочками истлевших чувств, на что-то еще надеясь. Я давно понял, что так делать нельзя. Нужно быть собой и не хранить в памяти всякое барахло, иначе оно приживется, врастет и будет мучать, потому что для одиночек вся эта память и чувства – инородные предметы. Протезы, с течением времени сжирающие плоть нашей сути. Если все это беречь, останешься калекой. Эти тряпки надо выдирать из души с мясом и кровью. Поначалу больно, но заживает быстро....

Подвода – это человек, который всех подводит.

— Я так хорошо знаю твоё лицо, что мог бы сделать это с закрытыми глазами.

— Ты что, не помнишь? Нед Райерсон. Я пару раз приглашал на свидание твою сестру, Мэри Пэт. Ну же?

Все, что есть хорошего в жизни, либо незаконно, либо аморально, либо ведет к ожирению.

Из космоса Земля кажется привлекательной.

Ничто так не разоружает оппонента, как создание ему условий для почетной капитуляции.

Видите ли, товарищ прапорщик, если верить доктору Фрейду, любое художественное творчество - только сублимация подсознательных инстинктов человека, в том числе инстинкта насилия.