Цитаты

И вовсе я не Белорус.


Кто такой Козлевич!? Я не знаю никакого Козлевича!


Ты был без сознания. Вырубился…


Фальшивый друг опаснее открытого врага.


Темнота тоже распространяется со скоростью света.


Оптимизм – это недостаток информации (c)


Я родился в семье бедного полировщика астероидов…


 — Это тыквенное пюре. - Нет, я это не ем… Подожди-ка! Я этого никогда раньше не говорил!


 — Ты это, поаккуратнее с крылатыми латинскими выражениями!


— Умный. — Виноват, товарищ старший прапорщик, исправлюсь с вашей помощью.


Гордые живут лишь мгновение, как вечерний сон в разгар весны. И могучие в конце концов погибают - они лишь пыль, несомая ветром.


Балаганов, Вы пошляк! Отойдите от меня с этим железом! Я Вас презираю!


Когда-то мы зачитывались порнографией — теперь каталогами IKEA.


 — Тут помню, а тут не помню!


Легче зажечь одну маленькую свечу, чем проклинать темноту.


Надо прекращать есть пенопласт перед сном!


Я тоже не верю в зимние грозы (с)


— Дом-то снесли! — Снесли… А стеночка осталась.


 — Эта гробница станет вашей гробницей!


 — Это для твоего носа! - Я как раз и пытаюсь похудеть носом.


Секс без любви - пустое занятие… но среди пустых занятий - одно из самых лучших.


Не надо оваций! Графа Монте-Кристо из меня не вышло. Придется переквалифицироваться в управдомы.


Конфликтуют только равные. Слабые подчиняются, сильные подчиняют.


Я не порекомендую секс, наркотики и безумие каждому, но в моем случае они всегда работали превосходно (с)


— И все?! — И все. А ты думал, тут Сталинград?


Опыт увеличивает нашу мудрость, но не уменьшает нашу глупость


Вы больше не в Канзасе. Вы на Пандоре, дамы и господа. Помните об этом каждую секунду, каждый день. И если ад существует, то вы сможете отдохнуть там после службы на Пандоре. — Вводный инструктаж.


Время проходит! - привыкли вы говорить вследствие установившегося неверного понятия. Время вечно: проходите вы! - М. Сафир


Ну, а телеграф, без которого в современном сыске, согласитесь, совершенно невозможно, произвел на все ваше управление поистине неизгладимое впечатление, и умолчать о нем наш сонный Ксаверий Феофилактович никак не мог это пять.


Нам грубиянов не надо. Мы сами грубияны. (Остап Бендер)


Предыдущая страница
Следующая страница