Цитаты

Альф представляет двухслойный ананасовый торт-сюрприз… ээээ… суп!


 — Ты когда-нибудь слышал поговорку: «От любопытства кошка сдохла»? - Да. У нас на Мелмаке к ней добавляют: «Соус передайте, пожалуйста!»


Человеческий аппетит возрос до такой степени, что может расщеплять атомы с помощью своего вожделения; их эго достигло размеров кафедрального собора; смазывая даже убогие мечты зелеными, как доллары, и желтыми, как золото, фантазиями, можно добиться того, что каждое человеческое существо превратится в честолюбивого императора и будет обожествлять самого себя. Пока мы суетимся, совершаем одну сделку за другой, кто позаботится о нашей планете? И это в то время, когда воздухом нельзя дышать, а воду нельзя пить, даже пчелиный мед приобретает металлический привкус радиоактивности. Все заняты тем, что торгуют контрактами на будущее, а ведь будущего уже нет: в нас целый миллиард эдди борзунов, несущихся трусцой в будущее, и каждый из них готов надругаться над бывшей планетой Господа, а потом отказаться нести ответственность. Когда они дотронутся до клавиши компьютера, чтобы подсчитать свои часы работы, оплачиваемые в долларах, придет прозрение но будет поздно; им придется заплатить по счетам, они попытаются отказаться от своих обязательств — не выйдет…


Каждая проходящая минута — это еще один шанс все изменить.


 — Хорошо, что ты пришёл, что ты мне принёс? - Ничего. - Прекрасно! То же самое ты принёс и вчера!



В какой холодной стране мы живём! У нас все скрыто, все в подполье. Советского миллионера не может найти даже Наркомфин с его сверхмощным налоговым аппаратом. (Остап Бендер)


Ты то ласкаешь меня, то топчешь ногами, то любишь, то ненавидишь, открываешь мне душу и делаешь из меня посмешище — я похоже описала наши отношения, Тайлер?!


Вся наша социология не знает другого инстинкта, кроме инстинкта стада, т.е. суммированных нулей, - где каждый нуль имеет «одинаковые права», где считается добродетелью быть нулем…


Пусть устрицей мне будет этот мир, его мечом я вскрою


Добродетель опровергается, если спрашивать, «зачем?»… (с)



Я не гомосексуал. Я не гетеросексуал. Я просто секс.


— Я толстая. — Я невысокий. — Я слепая. — Ладно, ты выиграла.


Нет, между любовью и ненавистью не один шаг. На самом деле, между любовью и ненавистью Великая Китайская Стена, и каждые двадцать шагов стоят охранники с оружием в руках.


Вот ты, Антон, «светлый», а пиво пьёшь — тёмное.


Ладно, посмотрим, что там у Вилли в кармане… О Боже, чья-то рука!


 — Ты же член нашей семьи! — Ну да, конечно, так же как Арнольд Шварценеггер — член семьи Кеннеди.


Господи, дай мне терпения принять то, что я не могу изменить, мужества изменить то, что я могу, и мудрости -- всегда отличать одно от другого.


Рана была большая, времени мало… Теперь она с Эйва.


 — Такой хороший женщина, а отец — барыга, спекулянт…


Все, что тебя не убьёт — оставит шрам.



Не введи меня во искушение, я знаю дорогу сам


 — Вот отсижу — пойду работать.  — А кем?  — Хотя бы переводчиком, английский я знаю.


Остап Ибрагимович, когда мы будем делить наши деньги?


Самая бесполезная вещь на земле - ограда на кладбище: никто не может выйти наружу, и никто не хочет внутрь...


 — Эх… Шакал я паршивый. …Вот, на шухере сижу… О, украли уже? Ну, я пошёл…


Я живу напротив кладбища. Будешь выпендриваться - будешь жить напротив меня.


Я брился каждый вечер, чтобы не колоть Анну щетиной, целуя ее в постели. А потом однажды ночью — она уже спала (я был где-то без нее вернулся под утро, типичное мелкое свинство из тех, что мы себе позволяем,оправдываясь семейным положением) — взял и не побрился. Я думал, ничего страшного, она ведь и не заметит. А это значило просто, что я ее больше не люблю. (c ) Бегбедер


Предыдущая страница
Следующая страница